30 мая 2024, четверг, 09:49
TelegramVK.comTwitterYouTubeЯндекс.ДзенОдноклассники

НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

08 мая 2023, 18:00

Французское искусство жить не напрягаясь

Издательство «Альпина Паблишер» представляет книгу Оливье Пуриоля «Французское искусство жить не напрягаясь» (перевод Варвары Васильевой).

Испокон веков представители разных творческих профессий стремились попасть в Париж, как будто сам дух Франции помогал творить, создавать шедевры, жить легко и непринужденно. Любовь к изысканной еде, острое чувство личной свободы, вкус к красоте, стремление к непринужденности и наслаждению — это и есть формула je ne sais quoi (буквально «то, не знаю что», неуловимое нечто), которая придает французскому образу жизни неповторимый оттенок. Можно ли освоить это искусство жить непринужденно или оно заложено в ДНК? Философ и писатель Оливье Пуриоль убежден, что научиться этому можно.

Не надо слишком напрягаться, будет только хуже. При правильном настрое дело делается само, пока вы наслаждаетесь жизнью. Засомневались — проиграли. Автор приводит примеры известных французов, которые освоили искусство жить не напрягаясь, — Декарта, Сирано де Бержерака, Родена, Жерара Депардье, Стендаля, Франсуазы Саган и многих других. Их истории помогают понять, что такое быть эффективным по-французски и как без особых усилий добиваться поставленных целей.

Предлагаем прочитать фрагмент книги.

 

Тайные законы внимания

Люди не видят, потому что всматриваются слишком пристально.
Ален

Я пишу эту книгу у моря. Меня убаюкивает шум волн. Даже если море не рядом, я представляю его, чтобы продолжить писать. Море — главная тайна человечества. Тайна, покров которой мы даже не приоткрыли, хотя вот она — прямо перед нами. Нужно просто обратить внимание. Ритм. Тайна кроется в ритме. Нам кажется, что море — это пространство, но важнее, что море — это время, циклическое время. Подошва волны когда-нибудь станет гребнем, а гребень — подошвой. Одна и та же точка будет и самой низкой, и самой высокой. Всё высокое становится низким (скромность), а всё низкое — высоким (надежда). Это метафора и реальность. Море существует. О чем говорит его молчание? Философ Симона Вейль писала: «Каждая видимая и ощутимая сила подчинена невидимому пределу, который она никогда не превысит. В море волна поднимается всё выше, выше и выше. Но определенная точка, даже если там нет ничего, кроме пустоты, останавливает ее и заставляет опуститься обратно». Эти строки, написанные в Лондоне в 1943 г., звучат как предупреждение. Как бы высоко ни поднялся Гитлер, в конечном счете он падет. Это закон волн и закон истории. Прогресс не бесконечен, всегда есть точка перелома, точка равновесия. Но море не только преподносит нам уроки истории, оно также предлагает нам прекрасное упражнение для тренировки восприятия. В книге «Разговоры на берегу моря» (Entretiens au bord de la mer) Ален, учитель Симоны Вейль, пишет о море как о «разрушителе идолов»: «Море бесконечно выражает мысль о том, что любые формы ложны. Природа в своем подвижном состоянии отвергает все наши идеи». Это мы придумываем идеи, а затем пытаемся натянуть их на бесформенный мир. Море не думает, оно счастливо, потому что существует: всё меняется, ничто не вечно. Но оно чтит ритм. Море говорит нам: вы должны научиться расслабляться во время усилий — так же, как гребцы умеют отдыхать между взмахами весел. Если человек всерьез хочет действовать, он должен научиться не действовать постоянно: отдых должен быть встроен в действие. В книге «Минерва, или О мудрости» Ален замечает: «Тот, кто постоянно сжимает кулак, неправ. Настоящий спортсмен расслабляется в ходе игры и сжимает кулак только в момент удара».

«Игра» — то, чем мы занимаемся: бокс, фехтование, гребля, бег, футбол. Но прежде всего это игра вашего собственного тела, мышц, ног, чередование сокращения и расслабления, необходимое для эффективного действия. Посмотрите на спринтера в замедленной съемке: вы наверняка обратите внимание, что его лицо расслаблено. Видите, даже щеки подпрыгивают? Цель спринтера, особенно на последнем отрезке дистанции, — полное расслабление. Закон чередования усилий и отдыха, воплощенный в игре морских волн, представляет собой первый закон природы. Такой ритм управляет всей нашей жизнью. Будет лучше, если мы начнем это осознавать. Ален писал: «Если вы лишаете себя сна, вы лишаете себя бодрствования. Тот, кто недосыпает, буквально отравляет себя собственным беспокойством. Тот же, кто выспался, чист и свеж». Сон помогает разуму очиститься и обновиться — подобно волне. Не следует рассматривать отдых только в сравнении с трудом, потому что дело не в противопоставлении ночи и дня, сна и бодрствования: «Те, кто внимательно изучал самые тихие звуки, обнаружили то, чего не искали. Очень слабый, устойчивый звук воспринимается как прерывистый. Внимание бьется, как пульс: оно немного дремлет, отступает, а затем снова возвращается». Вопреки общепринятому мнению, внимание никогда не бывает непрерывным. Это не вопрос силы воли или сосредоточенности — просто не бывает, и всё. Оно подчиняется ритму, у него есть подъемы и спады. Внимание — это волна, которую мы должны научиться покорять.

В этой главе я собрал воедино всё, что поможет вам понять принципы работы внимания. Перед вами настоящая книга рецептов. В этом и состоит моя задумка: я хотел, чтобы вы могли возвращаться к этой главе по мере необходимости. Я назвал ее «Тайные законы внимания»: эти законы, конечно, структурируют нашу деятельность, и вся жизнь, вплоть до самых пустяковых ее проявлений, подчиняется им, однако по сути своей они всё равно остаются скрытыми. Легкость не сон и не мечта. Она находится в пределах досягаемости. Можно начинать прямо сейчас: достаточно выбрать правильный метод.

Метод Декарта: шаг за шагом

Задача любого метода, что видно из его названия, — сделать жизнь проще. По-древнегречески μέθοδος означает способ исследования или познания: μετά («между», «через») + ὁδός («дорога», «путь»). Вы наверняка слышали о методе Декарта, хотя, возможно, и не помните, что он собой представляет. Метод Декарта показывает, какой путь выбрать, чтобы мыслить как можно проще, — но, как мы увидим, он же позволяет направлять действия. Есть всего четыре правила: очевидность, дробление трудностей, порядок и составление списка.

1. Очевидность — то, что доказывает само себя. Доказательство — то, что происходит, когда вы что-то видите «умом», то есть понимаете это. Это не отправная точка, а результат — результат внимания. Представьте, что внимание — это луч света, например, от фонаря. Луч узкий, но яркий. Поэтому внимание не может одновременно фокусироваться на множестве объектов. В идеале оно должно быть направлено только на одну точку. Отсюда вытекает следующий пункт.

2. Дробление трудностей. Думайте только об одной проблеме за раз. Не стоит даже пытаться охватить всё и сразу. Не торопитесь, продвигайтесь шаг за шагом, уделяя каждой из них столько времени, сколько понадобится, чтобы сделать нечто очевидным. Крупные задачи следует разделить на более мелкие части. Сколько частей? Столько, сколько понадобится. После дробления и последующего анализа можно переходить к пункту 3.

3. Порядок. Думать — значит располагать мысли (или мелкие части задачи, полученные в пункте 2) в правильном порядке. Речь не о естественном порядке вещей — это интеллектуальный порядок. Логический, изобретенный порядок: например, порядок математического доказательства, или книги, или руководства по игре в теннис. Мы идем от простого к сложному. Именно порядок упрощает прогресс. Вы разбили сложную задачу на части и расставили их в нужном порядке. Теперь необходимо убедиться, что всё на месте, — а для этого вам понадобится следующий пункт.

4. Составление списка. Оглавление. Обзор. Меню. Название может быть любым, но суть в том, чтобы проверить, что вы не упустили ничего важного. Если сосредоточиться на одном пункте, есть риск потерять из виду общую картину. Поэтому необходимо регулярно расширять угол обзора, чтобы убедиться, что всё учтено.

Что ж. Мы познакомились с четырьмя правилами картезианского метода, и все они основаны на том, что внимание человека — узконаправленное, поэтому мы не можем одновременно воспринимать и быстро понимать много всего. Важно добавить, что внимание не бывает устойчивым. Поэтому нужно прежде всего учиться отдыхать, то есть полностью расслабляться между двумя моментами концентрации, — а еще достаточно хорошо знать себя, чтобы понимать, как долго вы можете сохранять концентрацию. В случае Монтеня это было 10 мин. Быть внимательным — это не значит вовсю стараться или прилагать усилия. Нельзя настаивать. Монтень писал так: «Если я не вижу чего-то с первого раза, то не рассмотрю и при последующих попытках». Нужно взять паузу, отдохнуть и попробовать снова. Может, на это уйдет несколько секунд. Или минут. Или вы вернетесь к задаче на следующий день. У всех свой ритм.

Главное — никогда не пытаться справиться с чем-то сложным за один раз. Не нужно стараться понять всё сразу. Решить проблему — разделить ее на столько частей, сколько потребуется, чтобы справиться с тем, что на первый взгляд кажется неодолимой громадой. Следуя этому методу — то есть дробя трудности и располагая их в порядке возрастания сложности для постепенного продвижения, как по лестнице, — вы можете не задумываться над самим объектом вашей мысли. «Не может существовать истин ни столь отдаленных, чтобы они были недостижимы, ни столь сокровенных, чтобы нельзя было их раскрыть», — замечает Декарт. Делайте один шаг за раз, не бросайтесь с места в карьер. Будьте как канатоходец на высоте: он делает следующий шаг только в том случае, когда всё в порядке с балансом. И тогда вы сумеете продвинуться как можно дальше.

Закон дробления трудностей и концентрации усилий применим и к действиям. Ален писал: «Не пытайтесь сделать всё сразу. Не готовьтесь преодолеть холм за один прыжок. Не думайте о тех километрах, что предстоит пройти». Наполеон — и это было очень по-картезиански — не советовал атаковать одновременно в разных направлениях. Лучше ограничиться конкретными местами и сосредоточить на них всё внимание. Действие максимальной интенсивности, направленное на одну точку, будет более эффективным, чем рассредоточенные усилия. Разделение трудной задачи на несколько частей не означает разделение усилий. Напротив, это концентрация усилий — сначала на одной точке, затем на другой. Вместо «параллельной войны» по устаревшей стратегии, когда все сражаются со всеми везде и сразу, Наполеон вел войну, маневрируя. Это маневрирование заключалось в атаке на определенные стратегические точки всеми силами, когда боевые действия напоминают не единую линию фронта, а вбивание гвоздей в жизненно важные точки армии противника. Принцип иглоукалывания примерно такой же: вы добьетесь большего эффекта, если воткнете несколько игл в конкретные места, а не рассыплете их по всей поверхности тела. Это подразумевает, что необходимо знать, куда втыкать иглы. Поэтому нужно упростить восприятие, чтобы не заблудиться в деталях, и всегда возвращаться к общей картине. «В Европе немало хороших генералов, — говорил Наполеон. — Но они видят сразу слишком много целей. Я вижу только одно — массы неприятельских войск. Я стараюсь их уничтожить, будучи уверен, что всё остальное рухнет вместе с ними». Если «нападать» на трудности в правильном порядке, некоторые из них исчезнут сами по себе. Вопрос порядка касается и организации «нападения»: «Войну выигрывает не тот, у кого большое войско, а тот, у кого оно дисциплинированное и хорошо организованное». Дело не в простоте или сложности задач. Дело в их правильной организации, которая создает эффект легкости. Порядок и место атаки.

Платон и искусство разделывать курицу

Платон сравнивал диалектику, или искусство ясно мыслить, с разделкой курицы: не стоит прикладывать излишние усилия, пытаясь распилить кость, — лучше просунуть нож в места наименьшего сопротивления, то есть в суставы между костями. Мыслить ясно — значит отделять то, что уже отделяется, и считаться со строением вещей, просто будучи к нему внимательным. Мы не режем, прикладывая грубую силу, а осторожно находим сочленения.

Лезвие разума ничего не разрушает: оно скользит между идеями. Понять проблему — всё равно что понять анатомию курицы. Вероятно, вегетарианцам такое сравнение не понравится, но вы можете представить себе вместо курицы фрукт или овощ. Очистить фрукт от кожуры, не повредив его, — целое искусство. Нужно провести ногтем по кожуре апельсина, а затем аккуратно поддеть ее и снять, не раздавив дольки. Или очистить банан, не повредив его. Или разрезать персик, не задев косточку. В таком варианте сравнение несколько теряет в сочности и наглядности: овощи и фрукты не имеют костей, поэтому их можно резать любым удобным способом. Но в то же время у аналогии появляется дополнительный слой: нужно уделять внимание едва заметному сопротивлению. Кроме того, добавляется концепция времени и созревания. О спелости авокадо можно судить по тому, прилипает мякоть к косточке или нет. Правда, поймете вы это уже слишком поздно: обратно авокадо не склеишь. Лучше сперва проверить его на упругость, как в случае с персиком или абрикосом (но с авокадо это проделать сложнее из-за плотной кожуры). Можно поступить как с дыней: посмотреть, отваливается ли черешок или плодоножка. В любом случае осторожность и наблюдательность гораздо лучше ножа. Пощупайте плод рукой — и станет понятно, что «жесткий» равно «незрелый». Нужно уметь ждать. Когда плод созрел, это очевидно. Налицо сочетание и принципа мышления, и принципа действия: если искать места стыков, чтобы приложить усилия, то усилий в целом и не потребуется. Быть внимательным — значит проскальзывать там, где легко, а не идти напролом.

Синдром Орфея, или Закон обратного усилия

Почему Орфей обернулся, чтобы посмотреть на Эвридику? Очевидно: потому что ему запретили. Во «второй» смерти жены на самом деле виноват не Орфей, а злой Аид, бог подземного царства. Он поймал Орфея в самую простую ловушку: вложил в его голову мысль о запретном действии. Бог подземного мира сеет семена зла и изобретает искушения. Если бы Орфей не думал о том, что нельзя оборачиваться и смотреть на Эвридику, он бы и не стал этого делать. Когда человеку кажется, что он сопротивляется искушению, на самом деле он уже поддается ему в воображении. Противостоять мысли — усиливать ее. Это можно назвать синдромом Орфея, или законом обратного усилия.

Жан Гитон, католический философ и теолог, высказал в книге «Интеллектуальный труд» (Le travail intellectuel) любопытную мысль: «Наступает момент, когда усилия, приложенные к внешнему препятствию, порождают препятствие внутреннее — более коварное. Оно постоянно усиливается, особенно если человек с ним борется. Пример тому — люди, которые пытаются справиться с заиканием». О борьбе с запретным образом читаем далее:

Усилия, которые направляются на изгнание образа, лишь подкрепляют его. Тело не видит разницы между «да» и «нет». Сказать: «Я не боюсь, я не хочу бояться этого летящего ядра» — усилить образ, которому человек сопротивляется. Когда вы пытаетесь не трястись от страха, дрожь только увеличивается. Напрягаясь, чтобы не поддаться искушению, вы быстрее поддадитесь ему. Старик Куэ* как-то сказал (на мой взгляд, слишком уж математическим языком), что во время борьбы между воображением и волей воображение расширяется и становится равным квадрату воли. Закон обратного усилия, направленного не туда, — один из самых глубоких законов нашей психической жизни. Меня поражает, что об этом законе так мало говорят и совсем его не изучают. Всякий раз, когда мне не удавалось освоить какое-то простое занятие (например, геометрию или верховую езду), несмотря на прекрасных наставников и благие намерения, это происходило потому, что мои учителя не знали об этом законе. Я замирал в напряжении на спине лошади, как перед теоремой, и в результате либо падал, либо погружался во тьму. Надо работать в расслабленном состоянии. Настоящее внимание появляется, когда мы пытаемся не пытаться. Нужно избегать обратного эффекта от усилий — он губителен при долгом напряжении. Искусство не слишком стараться состоит в том, чтобы не допускать раздражения и напряжения воли, подражать живым существам в природе, отпускать себя, «смирять свою волю», как говорил Монтень (то есть желать чего-либо только сознательно и в нужный момент, памятуя, что воля — жизненная сила — также может устать и потерять концентрацию). Есть состояние оставленной, «вакантной» мысли — некоторой рассеянности, полусна, что благоприятствует воспоминаниям, изобретениям и сочинительству.

* Эмиль Куэ (1857–1926) — французский психолог и фармацевт, автор метода психотерапии, основанного на самовнушении — постоянном повторении фраз-мантр. Приведенная фраза — из книги «Сознательное самовнушение как путь к господству над собой». — Прим. ред.

Редакция

Электронная почта: polit@polit.ru
VK.com Twitter Telegram YouTube Яндекс.Дзен Одноклассники
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2024.